09:14 

inserted
До обоснуя ли, когда яой в разгаре...
Ну и для полноты картины –
конец, который планировался автором,
и после которого читатели
снова бы стали на меня ворчать:)

Обратная сторона
(часть четвертая, последняя –
авторский нехеппиенд)


POV Зехир
Я неспеша шагал по улицам Аль-Сафира. Стояла привычная всем жителям пустыни невыносимая жара, а южный ветер лишь бросал песок в глаза, не принося ни капли облегчения. Все разумные существа, попадающиеся мне навстречу, вежливо кланялись, приветствуя меня. Я небрежно кивал в ответ, а то и вовсе не удостаивал их внимания.
Быть Первым в Круге я уже привык.
Конечно, надо бы было взять носилки... Или слона. Но мне хотелось просто пройтись пешком и подумать. В конце концов, не так у меня много теперь свободного времени на размышления...
А подумать было надо.
Потому что я запутался. Да, запутался, и готов был это признать... Перед всяким, с кем бы можно было поговорить. Но увы, таких людей было ровно два, и один из них, мой отец, был мертв. Ну, а со вторым я в последний раз расстался так, что и идти-то к нему не хотелось.
Вот и делай после этого добро людям...
Наверное, прав был мой отец, и мне не стоило вообще ему... потакать. Ни в чем.
Кто он такой вообще, чтобы так говорить со мной? Кто он такой, чтобы ко мне прикасаться? Я Первый в Круге, правитель Серебряной Лиги, его правитель, а он...
Дрянь.
Маркел - и тот лучше.
Маркел...
Волей-неволей, мои губы расползлись в довольной, теплой улыбке при одной мысли о некроманте.
Ну, и это-то как раз и было то, о чем я собирался поговорить с Джемалем. Хотя конечно, скорее всего он бы меня и на порог не пустил. Но придется - я же все-таки правитель.
Я должен был упокоить Маркела. Я обещал отцу, спасение Асхана, ну и все такое... И с каждым днем все больше и больше понимал, что мне не хочется этого делать.
Он же... Хороший на самом деле. Любит меня, да. Действительно любит. Как никто и никогда не любил. Наложницы не в счет. Отцу вечно было не до меня, он никогда не мог простить мне мать... Джемаль же... Разве если бы любил - говорил бы, что я должен? Должен с некромантом спать? Я бы вот ни с кем и никогда любимым своим делиться не захотел.
А Маркел... Ну да, он меня кусает, царапает, почти что насилует. Насиловал. Раньше, теперь перестал. По-другому себя ведет, не так, как прежде. Даже целует и то не торопливо-отрывисто, а долго и нежно.
Он просто... немертвый. Не живет, не чувствует. Не умеет чувствовать по-другому, не на грани. Поэтому и ведет себя так. Наверное.
Я же уже говорил, что запутался, да?
Я нуждался в том, кем бы можно было поговорить. Увы, сам принять решение я был не в состоянии...
Смешно. Править государством, оказывается, легче, чем исполнять обещания.
Но вот и знакомый переулочек, невысокая ограда. Я отворил калитку, прошелся по коротенькой дорожке, взошел на крыльцо. Вздохнул, натянул беспечную улыбку, постучался и стал ждать.
Дверь отворила Лейла.
Когда она увидела, кто пришел, красные, заплаканные глаза ее расширились, а красивое личико так и перекосило от ярости.
И она со всего размаху влепила мне звонкую пощечину. Я, ошеломленный, сделал шаг назад, прижав ладонь к пылающей щеке. Никто и никогда еще мне пощечин не отвешивал.
- Вы... - прошипела она. - Как вы посмели вообще сюда прийти?!
Прежде, чем я успел хоть что-то сказать или сделать, девушка схватила меня за отворот бишта и буквально втащила в дом, захлопнула дверь.
- Вы... Это все вы виноваты! - рявкнула она не хуже ракшасы, и попыталась влепить мне пощечину еще раз. Но я перехватил ее руку, сильно сжал запястье - так, чтобы эта ненормальная одумалась. Лейла попыталась вырваться раз, другой...
И разрыдалась.
- Наглая сучка, объясни ты, что творится! - как следует встряхнул ее я. Почему все в этом доме меня вечно ударить пытаются? Нет, ну хотя каков, конечно, хозяин - такова и наложница...
- А то вы и не знаете, - огрызнулась она, зло утирая слезы. - И не поэтому явились!
И только тут я заметил, что Лейла была облачена в черные одежды.
А это могло означать только одно.
Я отпустил ее, прислонился к стене, чтобы не упасть...
Нет, быть этого не может!
- Что случилось? Где Джемаль? - спросил я всхлипывающую девушку тихо, но она только покачала головой, продолжая плакать. Я схватил ее за плечи, тряхнул:
- Он что - мертв? Как? Когда? Отвечай!
- Караван, - всхлипнула она, не поднимая головы - на караван напали, с которым он в Хиким ехал. Он сильно ранен был... - снова всхлип, - а больше магов там не было... Ведь война!
- Кости немертвых... За каким дьяволом он туда вообще потащился? - выдохнул я. Пальцы мои сами собой разжались, девушка рванулась, отступая на шаг назад. Подняла на меня злые глаза:
- А вы думали, он будет покорно дома сидеть, ожидая пока вы в дверь не постучитесь?! Тварь, мразь! Да из него в последние недели словно бы вся жизнь ушла! Раньше хотя бы за работой про вас забывал, а тут - сидит над артефактом, глядя в никуда, очки на макушке, рука на столе лежит, так до волшебной палочки не дотянувшись...
Я стоял, как молнией титана пораженный. Эта девка, какая-то наложница, говорила слова, которые за всю мою жизнь никто еще сказать не смел... А мне даже нечем было ей ответить.
- Он вас любил... Знаете, как? Вас, только вас одного, всю жизнь. Глаза закрывал, когда со мной был, губы кусал, чтобы ненароком вас не позвать, и даже во сне шептал - ваше имя... Ваше, господин Зехир! А как он был рад, когда вы начали встречаться... Словно бы так и сиял изнутри, радовался, улыбался! За что вы с ним так?
Лейла резко шагнула вперед, поднялась на цыпочки и прошипела мне в лицо:
- Или ты думаешь, сволочь, что если ты - сын правителя, то тебе все позволено? Что тебе все должны, и ты можешь всеми беззаветно пользоваться? Ублюдок высокородный! Да будь ты проклят!
Словно выплеснув в этих словах все свои силы, она опустилась на колени у моих ног, закрыла личико руками - и снова расплакалась.
А у меня словно бы отняли дар речи.
- Ты знала? - наконец, выдавил из себя я.
Она кивнула:
- С того самого первого дня, как вы меня ему подарили... Он же на меня так посмотрел, а потом на вас... Я и не нужна была ему никогда, ни я, ни любая другая девушка... Да и когда вы приходить начали... Я же все слышала... Ваши стоны да вскрики невозможно было не слышать...
Мы снова замолчали - я, правитель государства и она, простая наложница. Наконец, Лейла подняла на меня свои голубые глаза, полные усталых слез:
- Уходите, господин Зехир, прошу вас.
Я, словно во сне, сделал шаг к двери. Обернулся, сказал неловко:
- Если хочешь, я могу дать тебе свободу.
- На кой мне сдалась ваша свобода? - рассмеялась она странным, тихим смехом. - Моя жизнь - в служении мужчине... Который погиб - из-за вас.
- Ты его любила? - наконец, сообразил я, в чем дело.
- Да, - гордо вздернула подбородок она. - Да, любила, всей душой, всем сердцем, хоть и не нужна была ему совсем. В отличие от вас, господин Зехир, я любить - способна!
Ее слова хлестнули меня еще хуже пощечины...
Я уже было взялся за ручку двери, как Лейла заговорила снова:
- Идите, зайдите в его мастерскую. Там, на столе, артефакты... Лучше бы вы это забрали. А то увидит кто, а я...
Не понимая, о чем она, я все же поднялся по лестнице вверх, медленно, словно нехотя. Прошелся по ковру коридора... Нет, я не желаю верить. Она... Она ошибается, да! Вот сейчас, я дверь открою, а там сидит Джемаль, склонился над очередной волшебной штучкой, скрепляет заклятьями мелкие детальки...
Мастерская была пуста. Аккуратно задвинутый стул, сиротливо висящие на его спинке очки, задернутые занавески. Тишина. Мертвая тишина, только тихонько всхлипывает Лейла где-то внизу...
На столе, обычно заваленным частями артефактов, обрывками пергамента и всякой другой рабочей ерундой, сейчас лежали всего две вещи. Первая - подробная карта Аль-Сафира, с мягко горящей желтой точкой. Я сразу понял, что это - то, что отслеживает мое кольцо.
Вот куда она делась... Выходит, что отец отдал ее Джемалю. Зачем? Чтобы он следил за мной? Почему он, а не Нархиз, к примеру?
Хотя, ответ был очевиден.
Я хотел было скомкать, порвать пергамент, но - удержался. Сложил в несколько раз, убрал за пояс.
Значит, он все видел, все знал... Следил за мной? Вот, значит, что пряталось за его словами о том, что мне не хватает одного некроманта...
Я поймал себя на мысли, что чувствую себя чуточку виноватым.
А еще на столе лежала небольшая золотая пластинка, самая обычная заготовка для амулета. Когда я взял ее в руки, у меня перехватило дыхание, а к горлу снова подступил комок.
Там был... я.
Тонкая, искусная, высококлассная работа - я даже представить себе не мог, сколько кропотливого труда и терпения было вложено в изгибы плавных линий, сколько заклинаний старательно прочитано на эту пластинку. Мое изображение тепло, и самую чуточку лукаво смотрело на меня, пряча улыбку в уголках губ.
Каждая черточка, каждый штрих рисунка так и дышали - теплом и любовью…
Я бессильно опустился на стул, возвел глаза к потолку, надеясь загнать обратно выступившие слезы.
Кости немертвых, каким же я был идиотом!
Как я вообще мог сомневаться в нем?
Самовлюбленный, самонадеянный, мальчишка!
Дрянь неблагодарная...
Некромантова шлюха.
Я сжал кулак, тонкие грани пластинки впились ладонь, но я только обрадовался этой боли.
Да и слезы ушли...
Нет, все, хватит. Больше никогда, ни одной слезы.
Не осталось больше среди живых Асхана тех, кому бы можно было показать мою слабость.
Я разжал руку, взглянул еще раз на незаконченный артефакт...
И все в мире вдруг как-то сразу встало на свои места.

POV сэр Годрик
Маг сидел прямо на земле, прислонившись спиной к раскидистому дубу, с равнодушным, совершенно отсутствующим выражением лица. Он даже не переоделся после обряда, не смыл с тела непонятные знаки, которые начертил перед ритуалом. Просто - сидел не обращая внимания ни на ночной холод, ни на творившееся вокруг. Если бы не двигались пальцы - я бы подумал, что он спит... Или что душа его покинула тело.
Я подошел, чувствуя себя немного неловко, потоптался, сел рядом. Зехир даже не посмотрел на меня, а золотая пластинка продолжала свое путешествие между его ухоженными, украшенными кольцами пальцами. Она появилась у него с неделю назад, и с тех пор он никогда не расставался с ней, все время вертел в руках во время советов. И я, и Файдаэн уже знали, что на ней изображено - сам молодой правитель магов.
Занятная штучка, красивая. Видно, что она дорога ему. Я думаю, она раньше принадлежала его отцу, Сайрусу, и теперь маг носит ее с собой, как память.
Спросить бы, конечно. Но - чего бередить еще не затянувшиеся раны?
- Всегда думаешь, что месть сладка на вкус. Что когда отомстишь - станет легче... А на самом деле, останется только пустота, - осторожно сказал я. - Может, ты поговорить хочешь?
Бедный мальчонка, совсем ведь молодой еще, зеленый. Ох, тяжело ему, наверное...
Он, наконец, повернулся ко мне. Перестал вертеть золотой кружок в руках, улыбнулся безмятежно:
- О чем вы, сэр Годрик? Спасибо, но я в полном порядке.
Поднялся, продолжил:
- Маркел уничтожен. Мой отец отомщен. Цель достигнута. Жизнь, как говорится, прекрасна.
Прямая спина, расправлены плечи, гордая осанка, уверенный тон, спокойный, сдержанный взгляд... Настоящий правитель, невольно подумал я.
И, вежливо мне поклонившись, Зехир зашагал к нашему лагерю.

@темы: фанфик, Первый в Круге, Heroes 5 of might and magic

URL
   

Мыслеслив

главная